Ольга Качановская: «Гнетущая тишина в городе была страшнее радиации»

Авария на Чернобыльской АЭС навсегда изменила жизни тысяч людей. Кто-то принимал участие в ликвидации последствий катастрофы, у других в пекле Чернобыля оказались близкие и родные, третьи были вынуждены начинать жизнь с чистого листа в чужих краях. Корреспондент «НН» встретилась с Ольгой Качановской, жительницей Несвижа, жизнь которой разделилась на «до» и «после» взрыва 26 апреля 1986 г.

В г. Хойники Ольга Викторовна с мужем Станиславом Константиновичем приехали по распределению в августе 1985 года. Оба — врачи-стоматологи, выпускники Минского медицинского института. Живописный город и радушные люди Гомельщины сразу понравились супругам.

— Сама я родом из Несвижского района, деревни Хвоево, — рассказывает Ольга Викторовна. — А вот муж мой был из Калинковичского района, поэтому и распределили нас в Гомельскую область. К Хойникам мы как-то сразу прикипели душой. Работой были довольны, да и проблем с жильем у нас там не было. Через полгода выделили служебную однокомнатную квартиру. Как говорится, только живи, работай и радуйся.

День 26 апреля 1986 года был выходным, город жил своей жизнью. Об аварии на атомной станции узнала только в понедельник на работе. Но никто ничего толком не понимал, что же на самом деле произошло. Тогда, наверное, мало кто осознавал реальный масштаб трагедии. Позже оказалось, что всё очень серь-езно. Часть Хойникского рай- она отнесли к 30-километровой зоне. Началась эвакуация людей, вывозили также сельскохозяйственных животных. Картина, честно скажу, была жуткой. С мужем после Первомая возвращались от моих родителей, а навстречу нам шли сплошные колонны военных машин. В Хойниках для военных разбили палаточный лагерь, рядом была и вертолетная площадка. Ежедневно те выезжали на дезактивацию зараженных территорий. Людей, которые подлежали отселению, привозили к нам в райбольницу. В основном медсестры дозиметрами замеряли их уровень радиации, затем проводилась санобработка, госпитализация. Мы с супругом работали по своей специальности, оказывали стоматологическую помощь.

Что больше всего врезалось в память? — женщина на мгновение задумалась, потом, тяжело вздохнув, продолжила:

— Опустевшие улицы города. Всех детей вывезли в лагеря и санатории, мамы с маленькими детьми и беременные женщины также были эвакуированы. В одночасье город опустел. Идешь по улицам — никого, темнота и в окнах пятиэтажек. Гнетущая тишина в городе была страшнее радиации. Пустота вползала и в души тех, кто остался. Что делать? Как жить дальше? Будем ли здесь вообще жить? Эти вопросы мы задавали сами себе по десятку раз на дню. Но потом в райцентр стали возвращаться дети, мамочки с малышами. Жизнь продолжалась.

После аварии многие семьи врачей покидали жилье и уезжали из Хойникского района. Нам дали там уже двухкомнатную квартиру. Кстати, и питание у жителей региона тогда улучшилось. Завозили сгущенку, тушенку, сервелаты, которые до этого мы в глаза не видели. А вот выращивать что-то на приусадебных участках и употреблять эти продукты запрещалось. Люди в санстанцию носили проверять всё: овощи, фрукты, мясо, ягоды, грибы. Мы же жили в квартире, земли у нас не было, поэтому продукты все покупали в магазине. В лес за грибами и ягодами не ходили — зачем рисковать? Отпуска все старались проводить у родственников в чистой зоне, мы часто выбирались в гости к моим родителям. А в 1988 году у нас родился сын Дмитрий. С супругом начали подыскивать подходящий вариант для переезда. Рассматривали даже города Витебской и Брестской областей. Тяжело было найти новое место работы сразу двоим стоматологам.

В Несвиж семья Качановских переехала в 1990 году. Супруги устроились в Несвижскую райбольницу, сняли квартиру и начали строить собственный дом. Конечно, начинать всё заново на новом месте было тяжело. К тому же на дворе было непростое время — Советский Союз разваливался, страшная инфляция, в магазинах не найти строительных материалов… Но жизнь постепенно налаживалась.

— С Хойникского района в Несвижский переехали многие, — продолжает Ольга Викторовна. — С некоторыми семьями мы дружили, общались — «свои» люди всё же, некоторых видела у себя на приеме. Сейчас я думаю, что мы сами сделали всё, чтобы снова встать на ноги. Сын закончил БНТУ и работает инженером в филиале «Несвижское УМГ  ОАО «Газпром трансгаз Беларусь», я на пенсии, продолжаю работать. Уверена, что можно победить обстоятельства и сделать родным то место, где твой дом и семья. А о тех «чернобыльских» годах напоминает удостоверение участника-ликвидатора.

Оксана ГРОХ.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.