8 сентября 1941 года началась военная блокада Ленинграда, длившаяся 872 дня…
Писать о войне всегда непросто. Непросто будить воспоминания людей, прошедших тяготы военных лет, когда жители страны на захваченных территориях оказывались в немецком плену, были угнаны в Германию в рабство или… оставались один на один с голодом, холодом, бомбежками и одиночеством.
Именно так случилось с жительницей агрогородка Снов Валентиной Ивановной Елькиной, которая многим известна из рассказов нашего издания прошлых лет. Ветеран войны, жительница блокадного Ленинграда в марте отметила свой очередной юбилей — 95-летие.
Практически всю сознательную жизнь она провела на Несвижчине. Вырастила здесь вместе с мужем шестерых детей, дождалась внуков и правнуков. Как утверждает сама, никогда не чувствовала себя в одиночестве. Рядом — родные. Частые гости ее дома — представители местного сельхозпредприятия, районного военного комиссариата, управления по труду, занятости и социальной защите райисполкома и, конечно, молодежь.

Валентина Ивановна Елькина с дочерью Галиной

Местные школьники постоянно навещают жительницу блокадного Ленинграда, с вниманием слушают ее рассказы о детстве, опаленном войной, не забывают поздравить с праздниками. Ведь подвиг людей, победивших фашизм, должен пройти через века, чтобы никогда больше не повторилась боль видевших смерть, страдания и горе целого народа. Да, Валентина Ивановна не держала в руках оружие, не шла в атаку на вражеские танки, но то, что она выжила в тех нечеловеческих условиях, то, что не озлобилась на судьбу, постоянно испытывавшую на прочность, это ли не подвиг женщины? Маленькой, хрупкой, в одночасье лишившейся материнского тепла и выброшенной на улицу блокадного Ленинграда в 30-градусный мороз…
Может, поэтому общение с ребятами для Валентины Ивановны важно. Ведь все фотоснимки, сделанные на память о встречах со школьниками, которые дарят ребята, она хранит, пересматривает время от времени, вглядываясь в лица детей, которым, она надеется, никогда не придется столкнуться со страшным словом «война».
А ребята, в свою очередь, слушая рассказы фронтовиков, доблестных тружеников тыла, а также детей военного времени, родители которых погибли на фронтах Великой Отечественной войны, и которых остались в живых считанные единицы, понимают, что их долг сохранить в памяти подвиг этих людей.
При встрече с молодежью собеседница никогда не ропщет на судьбу, всегда заряжает позитивом, может пошутить, делится своим оптимизмом и ни с чем не сравнимой любовью к жизни.
— С каждым годом нас становится всё меньше, поэтому нужно стараться, чтобы память о блокаде, о Великой Отечественной войне была жива и передавалась потомкам, — считает ветеран Великой Отечественной войны.
…Отправка детей в эвакуацию происходила в блокадном Ленинграде в суматохе, рожденной страхом. В неразберихе малыши оказывались без присмотра, голодные. Многие из них так и остались неизвестными навсегда, потеряв связь с родными. Но юной Вале, можно сказать, повезло. Ей в то время удалось добраться к родственникам, жившим в Карелии. Чего стоило девочке-подростку пройти эти испытания, страшно представить. Но этому еще предшествовали многие дни тягот, которые люди терпели в городе, находящемся в самой продолжительной и страшной осаде, которую знала история человечества.
Школьников Ленинграда собирались отправлять в летние лагеря. Но всё в одночасье изменилось, и 13-летней Валюше, как и многим юным жителям города, райком комсомола выдал путевку на учебу, чтобы помогать стране в борьбе с врагом. Ей предстояло стать машинистом паровоза. Но, учитывая ее маленький рост, девочку перенаправили осваивать другую профессию — фрезеровщицы.
Весна 1942 года. Валентина вместе с другими девчатами, освоив профессию, вышла на «кировский». Чтобы дотягиваться до станка, она приспосабливала деревянный ящик, на котором и проводила свою рабочую смену на заводе.
Вспоминать те дни самой продолжительной и страшной осады Валентине Ивановне больно даже в своем почтенном возрасте. Спасением были только продовольственные карточки, введенные с первых дней блокады.
У Валентины Ивановны не всегда хватает сил пересказывать всю правду о событиях тех лет. Об ужасных фактах из жизни осадного города она вспоминает со слезами на глазах.
— Тяжело в блокадном городе было нам, подросткам. Растущий организм страдал от недоедания, — рассказывает она. — Кусочек хлеба, выданный по карточке, старались съесть сразу, не могли оставить и занести домой родным, чтобы их поддержать. Во-первых, потому что работникам завода свою порцию следовало съесть прямо у станка, чтобы были силы (за этим следили), а еще — потому что хлеб могли вмиг выхватить из рук изможденные голодом люди и съесть его прямо на глазах. Мальчишки и те, кто был посильнее, выхватывали хлеб и даже не пытались убежать. Они ложились на землю и сразу съедали украденные крохи, рискуя быть избитыми.
Вскоре от голода умерла мама Валюши.
— Похоронить родного человека я не могла. Тогда всех умерших увозили на Ушаковского, а хоронили уже позже, — вспоминает женщина. — Я осталась одна, продолжала работать. Но и здесь меня ожидала беда.
Как-то со знакомой шли на завод и вдруг — бомбежка, страшные звуки падающих снарядов. Взрывной волной нас отбросило в сторону. Осколками меня ранило.
Пришлось уйти с завода, так как работать не могла. Меня исключили из списков на довольствие. Дальше была неизвестность… Приходилось жить в сыром подвале, так как дом, где была наша квартира, разбомбило. Наружу лучше было не выходить — голодные крысы нападали на тех, кто не мог передвигаться, а на улицах встречались трупы с обглоданными открытыми частями тела. Меня, холодную и голодную, нашли в углу подвала, где я жила. Узнав, что у меня ранена рука и что раньше я работала на заводе, а сейчас прозябаю, помогли с жильем.
В комнате, куда меня определили, было еще пятнадцать человек. Люди болели. Дизентерия уносила жизни одного за другим. Но я выжила. Помогала молоденькой медсестричке Лидии Ефимовне, чем могла — поднести воды больному, что-то подать. Что еще можно было делать, если рука находилась на привязи после ранения?
Потом нас, выживших, отправили на Уральский алюминиевый завод. Там девчата пошли работать по сменам. Я не могла — плохо заживала рана. Позже отправили работать в лагеря.
Потом судьба улыбнулась Валентине. Девушку разыскала ее старшая сестра, которая работала учительницей в Карелии. И жизнь стала казаться уже не такой серой и страшной.
Днями и ночами Валя добиралась к родственникам. Всеми правдами и неправдами преодолевала она километры путей и селений, где не разрешалось даже появляться человеку, потому что многие дороги и тропы были заминированы. Но судьба берегла эту хрупкую девчушку: на пути встречались хорошие люди, пускавшие под свой кров. Порой, конечно, приходилось ночевать где придется, ведь не каждому встречному можно было доверять.
Слушая рассказы Валентины Ивановны, восхищаешься волей и терпением этой удивительной женщины, на долю которой выпали такие испытания.
Вот уже почти тридцать лет нет с ней рядом ее супруга. Но каждый день перед глазами портрет близкого человека, с которым они жили большой дружной семьей, растили детей, строили свой дом. Мечтали о благополучии и, конечно, мире и спокойствии.
27 января 1944 года советские войска полностью сняли длившую- ся почти 900 дней фашистскую блокаду Ленинграда. Почти три года жители города переносили голод и бомбежки, проявляя при этом мужество, отвагу и стойкость. И этот день блокадница Валентина Елькина чтит вместе с другими выжившими.
Дома Валентина Ивановна бережно хранит награды, напоминающие ей о блокадном городе ее детства, о городе, который три с половиной года сопротивлялся голоду, сохраняя человечность.
Среди наград — значок «Житель блокадного Ленинграда», медали «70 год вызвалення Рэспублікі Беларусь ад нямецка-фашысцкіх захопнікаў», памятный знак «В честь 75-летия полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады» и другие.
Инна ВАСИЛЕВИЧ.